А вот по поводу ридной мовы никто украинский язык запрещать не собирается. Вот если хотите говорить, говорите. И перегибать с этим тоже нельзя, чтобы потом заигрывать с теми, кому мы там хотим понравиться. А вот же была спецоперация, а значит, надо как-то там их всех особо выделить, или там будем вот этих вот продвигать повыше. Это и есть украинизация. От неё, если мы не избавимся, если мы не начнём как-то всё это на равных действовать, есть там национальный язык. Всё. Учите, там есть желание, есть часы. Пусть люди учат, пусть занимаются. Никто у детей это отнимать не будет. Но везде есть какие-то разумные пределы, везде должен быть здравый смысл. Потому что это тоже самое опасное из итогов. Мы говорим, там самое главное будут итоги, как мы будем переформатировать. Да вот взяли, я уверен, как все это происходило. Взяли, достали с пыльной полки методичку по украинскому языку. Надо преподавать. Да, мы вот решили, все равно милосердны, что мы не пришли сюда как завоеватели, что это часть нашей большой империи, и в нашей империи есть разные языки у национальных республик.

Это правильно, так и должно быть. Но тоже нужно правильно ко всему этому относиться и понимать вообще момент, контекст, в котором все творится. Видите, вот это все в разрезе истории. Не просто тупо, что где-то кому-то надо галочку поставить, а дальше-то у детей какое будет восприятие. Если они будут находиться в украинской повестке, в украинских СМИ, в украинском языке постоянно, в украинской истории, в той истории, которую написали еще до того, как вернулась Россия. Ну, если будут изучать всё по старым учебникам, тогда зачем всё это задевалось? Тогда это всё просто повторится через сколько-то десятков лет. Поэтому есть какие-то технические вещи, которые обязаны и обязательны для выполнения. Вот этот рубильник сразу там, Арестович Медиа, всё это выключить, всю вот эту брехливую помойку надо взять перекрыть и смотрите там Соловьев Лайф, смотрите Россию-1, Россию-24, там Вести ФМ слушайте. Хватает источников, информации. А если всё это продолжит выливаться на головы, ну тогда вы понимаете, что далеко-то мы не уедем.

Вот так же и с родной мовой. Вот родной язык русский язык. Вот определились, выбрали Россию. Родной язык русский. Вот язык второй, это язык украинский. Никто его не запретит. Никто не скажет нет-нет-нет, что ты поёшь на украинском, говоришь на украинском. Даже косо никто не будет смотреть. Но тут вопрос уважения. Вопрос уважения и особенно понимания того, что сейчас нам предстоит большая работа, потому что мы говорим о денацификации, а вот это украинство такое политическое, его плотно связали с нацизмом. И вот это всё нужно теперь разодрать, развести по углам и продолжить жить. А что-то придётся просто удалить и отрезать вот таким хирургическим скальпелем. Потому что не всё нам подходит, не совсем мы готовы мириться и не всё нужно нести вперёд.

Например, учебники по истории, да взять, выкинуть и сжечь. Ну, те, которые там были написаны. Вот эти вот копатели Чёрного моря чайной ложечкой. Зачем всё это нужно? Зачем?

Я не буду показывать там столько мата, но когда там заходит, мы везде это постили, во всех наших каналах это было, когда заходит украинец в чат-рулетку, чтобы поговорить с русским, и там выясняется, что кроме русского языка-то он никакого и не знает.